Единый центр государственного тестирования иностранных граждан  на знание русского языка в Российской Федерации

Категория рода в русском языке.


Категория рода имен существительных является лексико-грамматической (классификационной) категорией в том смысле, что она обнаруживает себя не в различных грамматических формах одного и того же слова, а в соотношении различных разрядов слов со всей системой их форм. Вместе с тем, как уже отмечалось, это категория чистой «языковой техники», поскольку распределение существительных по соответствующим родовым разрядам, кроме наименований лиц и живых существ, не имеет прямого обоснования в их лексической семантике и, с точки зрения современного языкового сознания, кажется произвольным. Однако оно строго определенно. Каждое существительное (за исключением тех, которые лишены форм единственного числа) характеризуется в русском языке обязательной принадлежностью к одному из трех родов: мужскому, женскому или среднему.

Важнейшим формальным показателем рода у русских имен существительных служит флексия. Причем «надежность» этого показателя зависит от качества конечного согласного основы.
Как видим, принадлежность к тому или иному родовому разряду наиболее дифференцированное формальное выражение получает у существительных с твердой основой. Род каждого из них в исходных формах можно непосредственно установить по флексии: -0 — флексия мужского рода, -а — флексия женского рода, -о — флексия среднего рода. Исключение составляет лишь сравнительно небольшая группа наименований лиц мужского пола, имеющих в исходной форме флексию -а: мужчина, детина, папа, воевода, старейшина, Никита, Гаврила и т. п., а также вторичные (производные) образования с суффиксами -ишк-, -ушк-, -онк-, имеющие флексии -о (домишко, хлебушко) или -а (зайчишка, окунишка, соловушка, старичонка, мужичонка, мальчонка), но сохраняющие принадлежность к тому же роду, что и существительные, от которых они образованы (дом, хлеб, заяц, окунь, соловей, старик, мужик, мальчик).

Родовые разряды существительных с мягкой основой и основой на шипящий дифференцированы менее четко.
Так, у существительных мужского и женского рода флексии в исходных формах частично совпадают (ср.: пень — тень; нож — рожь, мяч — печь), и в этих случаях род определяется либо по форме сочетающегося с данным.существительным прилагательного (ср.: гнилой пень — длинная тень, новый нож — спелая рожь), либо по падежной парадигме (ср.: день — дня — днем и тень — тени — тенью; мяч — мяча — мячом и печь — печи — печью). Но вполне понятно, что опора на такие «вспомогательные» показатели, если они не содержатся в анализируемом тексте, возможны лишь при достаточно хорошем владении русским языком, в противном случае (например, когда мы имеем дело с первоначальным обучением русскому языку нерусских учащихся) она оказывается ненадежной.
Вполне определенное и обособленное флективное оформление имеют среди существительных с мягкой основой и основой на шипящий существительные среднего рода. Характерная для них флексия — -е или -о (графическое ё). Исключения составляют только личное одушевленное дитя и 10 существительных на -мя: имя, время, племя, семя, темя, стремя, бремя, знамя, пламя, вымя — все они также среднего рода. С другой стороны, производные существительные с суффиксом -ищ- и флексией -е могут принадлежать мужскому роду, если они образованы от существительных мужского рода (ср.: нож — ножище, дом — домище, сарай — сара- ище, талант — талантище, медведь — медведище, холод — холодище, но: село — селище, окно — окнище, плечо — плечище, вино — винище).

Связь флективного оформления имен существительных с их родовой квалификацией в русском языке, несмотря на то, что это оформление у существительных различных родовых разрядов частично совпадает, весьма существенна. Об этом, в частности, свидетельствует распределение по родовым разрядам заимствованных слов.
Многие заимствованные слова, особенно те из них, которые освоены и осмыслены (по аналогии с исконно русскими словами) в определенном флективном оформлении, меняют свою прежнюю (свойственную им в языке-источнике) родовую характеристику в полном соответствии с таким оформлением.
Так, заимствованные из греческого языка существительные, среднего рода система, тема, схема, догма на почве русского языка приобрели женский род, а существительные женского рода базис, тезис, кризис — мужской род. Точно так же заимствованные из латинского языка существительные среднего рода пленум, президиум, аквариум стали существительными мужского рода, как и существительные класс, адрес, суп, пляж, авангард, заимствованные из французского (или через посредство французского) языка, где они принадлежали женскому роду, или существительные галстук, фартук, заимствованные из немецкого языка, где они имели средний род.
Заимствованные существительные, лишенные флексий, распределяются по родовым разрядам в зависимости от их лексической семантики. Среди них неодушевленные в большинстве своем относятся к среднему роду, причем некоторые — в соответствии с конечным гласным, «напоминающим флексию»: пальто, депо, бюро, жабо, кашне, пенсне, желе, кафе (но кофе—мужского рода), другие — независимо от конечного гласного: амплуа, боа, меню. Основная масса заимствованных одушевленных существительных, представляющих названия животных, относится к мужскому роду: шимпанзе, какаду, марабу, пони, кенгуру, а называющих лица — к мужскому или женскому в соответствии с полом именуемого лица (ср.: атташе, денди — леди, мадам).
Род иноязычных собственных имен, в частности географических названий, определяется по нарицательным существительным. Так, названия городов Сухуми, Баку, Тарту, островов Борнео, Капри, Хоккайдо — мужского рода, а названия рек Янцзы, Миссисипи, По, Хуанхэ — женского рода.

Многие одушевленные существительные имеют в русском языке соотносительные родовые формы, образуемые либо флективным, либо суффиксально-флективным способом. Это прежде всего касается названий лиц, например таких, как супруг — супруга, кум — кума; красавец — красавица, певец — певица; работник — работница, школьник — школьница, виновник — виновница; учитель — учительница; писатель — писательница; трус — трусиха, ткач — ткачиха; артист — артистка; делегат — делегатка, студент — студентка, чемпион — чемпионка; плясун — плясунья, колдун — колдунья и т. п.
В разговорной речи наблюдается тенденция к образованию подобных соотносительных родовых форм в более широком объеме. Сюда относятся, например, образования типа кассир — кассирша, милиционер — милиционерша, агроном — агрономша, бригадир — бригадирша, доктор — докторша; врач — врачиха; математик — математичка. Однако литературный язык не поддерживает этой тенденции (кроме прочего, еще и потому, что в таких случаях нередко возникает двусмысленность; ср.: агрономша- женщина-агроном и жена агронома). Здесь наименования лиц по профессии в одной и той же форме мужского рода распространяются как на мужчин, так и на женщин (ср.: агроном Иванов и агроном Иванова; инженер Петров и инженер Петрова; врач Семенов и врач Семенова и т. п.). Это свидетельствует о том, что в соотношении форм мужского и женского рода маркированной (отмеченной) является форма женского рода.
Родовая соотносительность в названиях животных проводится менее последовательно. Ср. возможность образования соотносительных форм мужского и женского рода у существительных лев — львица, волк — волчица, гусь — гусыня, кот — кошка (или — с учетом супплетивных образований: бык — корова, петух — курица, баран — овца), при невозможности таковых от существительных: муха, щука, мышь, крыса; жук, комар, карась, окунь.


 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 4520 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий