Единый центр государственного тестирования иностранных граждан  на знание русского языка в Российской Федерации

Многокомпонентные сложные предложения.

Типы сложных предложений рассматривались преимущественно в их минимальном составе, ограниченном двумя соединенными друг с другом конструктивными частями (исключение было сделано только для одной из разновидностей бессоюзных сложных предложений). Но, как известно, в речевой действительности нередко выступают сложные предложения, составленные не из двух, а из трех и более конструктивных частей. Такие сложные предложения могут быть названы многокомпонентными.
В многокомпонентных сложных предложениях между составляющими их частями устанавливаются в общем те же семантико-синтаксические отношения, что и в сложных предложениях минимального состава. Поэтому для характеристики многокомпонентных предложений достаточно показать, как комбинируются эти отношения, в каком иерархическом порядке они развертываются и раскрываются.
Среди многокомпонентных сложных предложений наибольший интерес с точки зрения возможных комбинаций устанавливаемых отношений (связей) представляют сложноподчиненные предложения с несколькими придаточными.
 Обычно различают два основных способа композиционносинтаксической организации этих предложений: с параллельным подчинением придаточных относительно главной части и с последовательным подчинением, при котором только первая придаточная часть непосредственно зависит от главной, тогда как каждая последующая подчиняется предшествующей.
Параллельно подчиняться главной части могут либо однородные, либо неоднородные по своему семантико-синтаксическому назначению придаточные.
При параллельном подчинении однородные придаточные, располагаясь друг за другом, находятся в одинаковом отношении к главной части и, следовательно, соподчиняются: Мне было странно видеть, что «добро» и «зло» одеваются одинаково красивыми словами, что обвинители и защитники людей с равносильной ловкостью пользуются одним и тем же лексиконом (М. Горький).
Соподчиненные однородные придаточные, как и однородные члены простого предложения, могут связываться друг с другом с помощью сочинительных союзов: Князь Андрей понял, что это было сказано о нем и что говорил это Наполеон (JT. Толстой); Ополченцы принесли князя Андрея к лесу, где стояли фуры и где был перевязочный пункт (Л. Толстой); Сонечка писала, что настроение тяжелое, но чтобы он о них не беспокоился (В. Панова).
Нередко однородное соподчинение придаточных усматривают также в случаях типа: Где бодрый серп гулял и падал колос, теперь уж пусто все (Ф. Тютчев); Нельзя было давать сражения, когда еще не собраны были сведения, не убраны раненые, не пополнены снаряды, не сочтены убитые, не назначены новые начальники на места убитых, не наелись и не выспались люди (Л. Толстой).
Согласно принятой трактовке, здесь имеет место пропуск подчинительных союзных элементов, связывающих придаточные части (каждую из них отдельно) с главной частью сложноподчиненного предложения, в составе всех этих частей, кроме первой. Однако соответствующие построения допускают и иную трактовку: в них можно видеть непосредственную подчинительную связь между главной и сложной по составу придаточной частью, которая, в свою очередь, включает ряд конструктивных частей, соединяемых друг с другом сочинительной союзной или бессоюзной связью.
Параллельное подчинение неоднородных придаточных, связываемых с главной частью в целом (1) или с различными членами состава главной части (2), представляют, например, такие сложноподчиненные предложения:
Когда хочешь назвать самую важную, главную черту горьковского могучего дара, горьковского гения, то видишь, что каждое проявление этого дара озарено одним и тем оке особенным внутренним светом (К. Федин); Хотя в посадках было почти сухо, Ковтуну от потери крови казалось, что он при каждом шаге вытягивает ноги откуда-то глубоко из-под земли (К. Симонов);
Из мира, который называется детской, дверь ведет в пространство, где обедают и пьют чай (А. Чехов); Все, что построено на земле, принадлежит тем, кто строил (М. Горький).
При последовательном подчинении иерархия устанавливаемых в сложноподчиненном предложении связей обычно соответствует линейному порядку расположения придаточных: придаточная часть, зависящая непосредственно от главной, является придаточной первой степени, следующая за ней — придаточной второй степени и т. д. Например: Наша публика так еще молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения (М. Лермонтов); В день его рождения я послал ему [Горькому] письмо, где говорил о цветущих садах, которые посадил бы для него, если бы это было в моей власти (К. Федин); Воистину глупы те, кто полагает, что мы уже совершили все, для чего рожала нас матушка на белый свет (Л. Леонов).
Наряду с этим, при последовательном подчинении может наблюдаться интерпозитивное включение придаточной части более низкой степени в состав придаточной части более высокой степени: Медведь так полюбил Никиту, что, когда он уходил куда-либо, зверь тревожно нюхал воздух (М. Горький); Мечик почувствовал, что, если вновь придется отстреливаться, он уже ничем не будет отличаться от Пики (А. Фадеев).
Особый способ интерпозитивного включения одной придаточной части в состав другой, при котором эти части как бы сплетаются и взаимно «проникают» друг в друга (такое сплетение можно было бы обозначить специальным термином «контаминация»), представляют примеры:… За ужином он много ел, говорил глупости и уверял, что когда зимою ешь свежие огурцы, то во рту пахнет весной (А. Чехов); Маркушев знал по опыту, что если полковник замолчал, то пробовать продолжать с ним разговор бесполезно (К. Симонов).
В следующих примерах в рамках многокомпонентных сложноподчиненных предложений осуществляется одновременно и параллельное, и последовательное подчинение придаточных:… Горький называл себя мастеровым-литератором, потому что всю жизнь не расставался с тем профессиональным ощущением своего труда, с каким живет мастер, и потому что с детских лет помнил, что народ произносит слово «мастеровой» с любовью и даже щегольством (К. Федин); Сидя на краю обрыва, Николай и Ольга видели, как заходило солнце, как небо, золотое и багровое, отражалось в реке, в окнах и во всем воздухе, нежном, покойном, невыразимо чистом, какого никогда не бывает в Москве (А. Чехов).


 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 8909 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий