Единый центр государственного тестирования иностранных граждан  на знание русского языка в Российской Федерации

Знание русского языка.

Особое место в общей массе непроизводной лексики занимают глаголы движения (перемещения), образующие замкнутую, сравнительно немногочисленную группу распределенных по парам глагольных единиц: идти — ходить, нести — носить и т. д. Члены каждой отдельно взятой пары, так называемые однонаправленные и ненаправленные глаголы, одинаково относятся к несовершенному виду и обозначают тождественные в целом действия, различаясь лишь с точки зрения того, как ши представляют особенности протекания этих действий в пространстве.
Однонаправленные глаголы (типа идти, нести) указывают на то, что процесс перемещения, разовый или кратный, осуществляется в каком-то одном направлении: Мальчик спокойно шел по дороге; В восемь утра он обычно шел в столовую, а уж оттуда на работу.
Ненаправленные» глаголы (типа ходить, носить) обычно фиксируют неупорядоченность, разнонаправленность соответствующего процесса перемещения: Брат ходит по комнате. В то же время они могут называть и процессы, которые протекают в одном направлении, но прй этом предполагается либо возвращение субъекта в-исходный пункт (Вчера он носил ботинки в починку), либо повторяемость перемещения (Почти каждый день они ходили в театр).
В формальном плане различия между однонаправленными и ненаправленными глаголами передаются отчасти чередованием гласных и согласных с параллельной (правда, нерегулярной) меной места ударения (нести — носить, вести — водить, бежать — бегать), отчасти противопоставлением морфем — суффиксов (лететь — летать) и даже корней (идти — ходить). Все это — следы былого словообразовательного процесса, на основе которого от однонаправленных глаголов создавались ненаправленные глаголы. В современном русском языке и те и другие относятся, как уже отмечалось, к непроизводной лексике.
Состав парных глаголов движения в научной и учебной литературе точно не определен: число пар, насчитываемых разными авторами, колеблется от 14 до 18.
Строго говоря, в современном русском языке к группе глаголов движения относятся только 13 пар, члены которых сохраняют (в прямом употреблении) полное семантическое тождество, если, разумеется, не считать различий в отношении к признаку направленности действия: бежать — бегать, везти — возить, вести — водить, гнать — гонять, гнаться — гоняться, ехать — ездить, идти — ходить, лететь — летать, нести — носить, нестись — носиться, плыть — плавать, ползти — ползать, тащить — таскать.
В парах катить — катать, катиться — кататься, лезть — лазить (разг. лазать) семантически тождественными являются не глаголы в целом, а их отдельные лексико-семантические варианты. Так, глагол катить коррелирует с глаголом катать преимущественно в значении «перемещать по поверхности какой-нибудь круглый предмет» (катить — катать по полу шар). В остальных значениях эти глаголы зачастую несопоставимы: По дороге катила коляска и Он задумчиво катал шарики из хлеба. У членов пар брести— бродить, тащиться — таскаться развились побочные различия, разрушившие их семантическое тождество: глаголы брести, тащиться несут информацию о затрудненности перемещения, а глаголы бродить, таскаться — об отсутствии цели перемещения (глагол таскаться, правда, этот признак реализует нерегулярно).

Специфический характер глаголов движения определенным образом отражается на процессах перфективации и имперфективации, протекающих у них несколько иначе, чем обычно. При перфективации первого типа, предполагающей полную семантическую перестройку производящего глагола, образование приставочных глаголов совершенного вида чаще всего осуществляется на базе однонаправленных основ: нести — поднести, везти — увезти, лететь — прилететь, плыть — доплыть, тащить — вытащить, катить — откатить. Имперфективные формы в этом случае создаются, как правило, путем префиксации соответствующих ненаправленных глаголов (носить — подносить, возить — увозить, летать — прилетать) и лишь иногда обычным суффиксальным путем (доплыть — доплывать, вытащить — вытаскивать, откатить — откатывать). При перфективации второго типа, предполагающей осложнение семантики производящего глагола дополнительным признаком, образование приставочных глаголов совершенного вида, напротив, чаще всего осуществляется на базе ненаправленных основ: бегать — забегать, ходить — походить, плавать — отплавать, ездить — проездить, ходить — переходить (в значении «изменить ход в игре»). Имперфективные формы здесь или вообще невозможны, или создаются (сравнительно редко) суффиксальным путем: переходить — перехаживать.
Поскольку ненаправленные основы могут служить исходным пунктом и для процесса перфективации, и для процесса имперфективации (который к тому же протекает без поддержки соответствующих суффиксов), видовые различия у производных глаголов движения не получают иногда специального формального выражения. Ср.: полетать, заползать, наездить, перетаскать, с одной стороны, и подвозить, уводить, прилетать — с другой. Более того, в ряде случаев происходит полное совпадение звуковых оболочек разных глаголов с противоположными видовыми характеристиками. Ср.: заходить по комнате (сов. вид) — заходить к другу (несов. вид), сходить на работу (сов. вид) — сходить с горы (несов. вид), переходить пешкой (сов. вид) — переходить улицу (несов. вид).

Перечисленные особенности видов (их отчасти производный, отчасти непроизводный характер, способность совмещать в рамках одной формы разные значения и др.) существенно затрудняют решение вопроса о морфологическом механизме выражения видового противопоставления. До сих пор, в частности, нет общепринятого мнения относительно того, какие именно формальные элементы определяют принадлежность глагольного слова к тому или иному виду. Чаще всего в качестве показателей видовых значений рассматриваются приставки, суффиксы и некоторые явления морфонологического порядка (чередование гласных и согласных, смещение ударения). Однако такое понимание существа дела вызывает серьезные возражения, так как в данном случае фактически учитывается 'только производная глагольная лексика. Чтобы преодолеть этот недостаток, некоторые исследователи (в частности, Ю. С. Маслов) предлагают при рассмотрении морфологической системы выражения, видов исходить из понятия видовой основы.
Под видовой основой понимается часть глагольного слова, остающаяся по отсечении всех словоизменительных морфем (кроме суффиксов имперфективации), т. е. личных и родовых окончаний, суффиксов отдельных времен (наклонений, залогов) и неличных форм, суффиксов основы настоящего времени и основы инфинитива. Речь, следовательно, идет об отрезках глагольной формы, которые и выступают как носители видового значения.
Видовое значение конкретной основы, как правило, обусловливается рядом факторов, а именно: ее составом и строением (например, наличием отсутствием суффиксов имперфективации и приставок), ее отношениями с другими видовыми основами того же корня (например, способностью — неспособностью входить в состав видовой пары) и, наконец, ее положением в инвентаре форм, существующих в рамках одного и того же вида (например, возможностью— невозможностью образования от данной видовой основы формы будущего сложного).  Именно на это и рассчитан, в сущности, известный школьный прием видовой интерпретации глаголов с помощью вопросов что делать? и что сделать? Он предполагает субституцию (в рамках конкретной синтаксической структуры) глагола, видовой характер которого неочевиден, одним из двух «эталонных» глаголов со строго определенными видовыми значениями (делать или сделать) и последующее выяснение того, реализацию какого вида — совершенного или несовершенного — разрешает эта синтаксическая структура.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 872 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий